16 апреля 2014 г.

BLACK AMBER AGONIST

Аромат самобытный и благовонный, он словно из древних миров забрел к нам и задержался, даря какую-то первобытную таинственную красоту. Аромат древнего храма, спрятанного от внешнего мира, о существовании которого многие и не подозревают, и лишь дымные воскурения, доносящиеся из искусно спрятанных дверей, выдают присутствие каких-то проводящихся таинственных ритуалов.

Клубится темный дым той плотности, сквозь которую происходит преломление взгляда, когда знакомые вроде бы вещи выглядят совсем не так привычно.
Густая бальзамичная амбра, расплавленная на огне, капает, прожигая землю словно кислота. Она дымится благовониями, и чуть только кажется, что аромат набрал свою теплоту, как лицо орошается солеными морскими брызгами, распадающимися от удара на мелкие блестящие россыпи. Вздрагиваю от неожиданности, но с удовольствием ощущаю на себе эту соль. Ощущения просто непередаваемые!
Проходит время и кажется, что кровь моя буквально закипает ярким пламенем чего-то алкогольно-фруктового и смолистой насыщенности, постепенно огонь стихает, оставляя после себя горькотравный черный дым, тот особый фимиам, придающий аромату внутреннюю силу и атмосферность.

Фантастически потрясающ! Запах темноты, запах тайны, запах земли – это всё о нем!

10 апреля 2014 г.

ARABIAN NIGHTS GOLD ARABIAN OUD


Непривычная подача горьких степных трав.

Действительно обжигающий аромат, обжигающий не только за счет полынной терпкости, ядреная смесь полыни и красного перца просто выжигает поначалу обонятельные рецепторы. Это так необычно и так неожиданно, что сначала впадаешь в ступор от такого напора. С каждым последующим мгновением начинаешь влюбляться в аромат. Думаю, не зря полынь играет здесь ведущую роль, ведь издавна запах этого растения наделялся магическими свойствами: очищение души и тела, достижение концентрации и гармонии с природой. Кажется, что уже не просто пахнет полынью, это полыхают костры с брошенными внутрь сухими растениями, и эта смесь, едкая, но притягательная, дыма и благовоний звучит необычайно дурманящее. И истинно веришь, что в этот момент изгоняешь всех своих демонов, терзающих душу. В обряде очищения немаловажную роль играет воскуренный ладан, слаженно поющий с цитрусовыми нотками, звучащий гордо и благородно.

Аромат с философским смыслом, неповторимый в своей необычности.

MAODHOON SYED JUNAID ALAM

Ох, какой дымный и густой восток! Его шлейф - словно трепещущий на ветерке шелк,

его горечь - словно средоточие тысяч самых горьких травок на свете, разбавляемая отчетливым кожаным аккордом. Он звучит ощутимой телесностью, льнующей и волнующей. Уд здесь мне напоминает серебристую змейку, плавно движущуюся по канве аромата, и все, к чему она прикасается, открывается новыми гранями и красками. Он начинается с йодисто-уксусного аккорда и заканчивается такой нежной бальзамикой, что уже и не понимаешь, а уд ли это? Дымная древесина густеет на глазах, а смешиваясь с такой же плотной амброй, превращается в темную массу, которую и ножом-то будет сложно разрезать. Настолько это насыщенный аромат!

Сухая роза здесь с отчетливой шершавинкой, она такая … неправильная, нетрадиционная для восточных ароматов, все-таки здесь она звучит скорее обрамляющим фоном для уда, а не солирует на первых ролях.

Хотите с ним познакомиться?

21 марта 2014 г.

MUKHALAT NAJDIYA ARABIAN OUD


Абсолютно восточный тяжеляк, цвета крепкой чайной заварки, без реверансов и скидок на европейский нос. С умеренной сладостью,  миксом розовой роскоши  с  сандаловой мощью и мягким удом на кошачьих лапках. Уд здесь обалденный, с долей лекарственной терпкости и специфической горчинкой, дивно раскрывшейся  к базе, и в которую я практически влюбилась. Удивительны  переходы от сладинки до горечи, это как на качелях – вверх-вниз, и причем аромат настолько цельный, настолько полнокровный, что даже эти качели сложно отследить. 


Плюс есть в аромате какая-то животная страсть, жесткость и интенсивность, полагаю, что так доминирует черный мускус, задевая некие рецепторы, на которые я реагирую столь бурно. Аромат тревожит  и странное дело, расслабляет… Не понимаю, что происходит, но мне это нравится до чёртиков!

15 февраля 2014 г.

HYMBA SIGILLI

Аромат посвящен женщинам особой красоты народа Химба Намибии с идеальной кожей, которые смазывают себя ароматной пастой из смол и красной земли, защищающей от солнечного зноя и укусов насекомых, и в то же время придающей чисто декоративный эффект: тела женщин выглядят, словно бронзовые статуи.


Химба идет в одном стилистическом ключе с Fareb на мой взгляд, не зря оба аромата мне так приглянулись. В каждом из них этническая самобытность проявляется достаточно ярко. Только Fareb это обжигающий пустынный зной со специевым привкусом, а в этом аромате главенствующую роль играют смолы, округлые, мягкие, проступающие набухающими каплями на древесине, утопленные и уваренные в молочной неге.
Это совершенно потрясающая смесь! Она живет на коже своей жизнью, нездешней, с отзвуками ритуальных танцев перед священным огнем. Аромат, отстраненный от цивилизации, он как бы вне ее, живущий своими законами и правилами.

Начало цитрусово-смолистое, перемежающееся оттенками дымящегося спиленного дерева и зеленого стебля, кажется, так пахнет сама земля, настолько аромат ощущается истинно природным и естественным. Какая здесь удивительная ваниль! Она словно выткана на темном небосводе серебряными нитями, она наравне со смолами достойно украшает и обрамляет аромат своей воздушной аурой. Если тягучие мягкие смолы принять за сердце парфюма, то ваниль определенно будет его легкими, вдыхающими жизнь, а сладкая мягкая амбра на заключительном этапе раскрытия является его животворящей кровью.

Фантастически красивый аромат, на коже живет больше 6 часов, даря африканские краски и тепло.

10 февраля 2014 г.

FAREB HUITIEME ART PARFUMS

Невероятной красоты сухой, знойный восток. Упиваюсь ароматом, хочется вдыхать и вдыхать этот пустынно-обжигающий, доносящий плавными волнами воздух с восточного базара, где щедрой рукой отсыпаются жгучие пряности.

Зира, имбирь, тмин, карри – чего же здесь только нет! Специевый привкус ощущается на протяжении всего звучания аромата. Он словно след на пышущем зноем песке, оставшийся от неторопливого каравана кочевников.

Пыль, забивающая уши и нос, смешивается с отчетливым табачным привкусом и плавящимися под лучами огненного шара темными смолами, наращиваемый специями темп стихает, и вот уже не различить в пикантном сладковато-древесном замесе ни одной выбивающейся из ритма ноты. Лишь явный кожистый аккорд играет мягкими воздушными полутенями, привлекая внимание как мужской, так и женской половины.


Аромат звучит гармонично и изысканно. Наркотически привлекателен и манящ. Казалось, что при подобной простоте композиции парфюм вряд ли заиграет столь игриво и этнично. Какое счастье, что я ошиблась!

28 декабря 2013 г.

AL SHOMOUKH AMOUAGE


 Дымный костерок… Кажется, что потеряешься в этом сером тумане дыма и никогда не выберешься на воздух. Причем дымят не сухие деревяшки, а охапки опавших листьев, в которые попались кусочки резины, и вот уже бушуют черные жженые сполохи. Резкость идет на убыль, это уже анималика шалит. Тяжелая, животная, грязная, она заволакивает сознание и звучит уже как терпкие благовония с мягкой горчинкой. Аромат первобытный, из эпохи поклонения каменным богам, когда молились истово и грозно, когда вместо слов любви вылетал гортанный рык, так пахли шкуры мамонтов, развешанные в древней пещере с наскальными рисунками.

Уд в непривычном совсем исполнении, первый раз такой встречаю, сладковатый, но вписывающийся в общую харизматическую канву. Роза скрывается за дымно-мускусной вуалью. Иногда она выглядывает, растворяясь и отдаваясь без остатка этой телесности.

Маньячный аромат, приставляющий к горлу мелькнувшее в свете луны железо, но сил сопротивляться не хватает, испытывая одновременно сладкий восторг и влекущий ужас. Притягателен на каком-то генетическом уровне.

LYRA ALAIN DELON

Можно сказать, что это лайт-версия Амбрэ Султана, Шалимара и Обсэшн. Если кого-то пугает их излишняя резкость, можно попробовать Лиру. Очень эстетично сделанный аромат, выдержанный в самых в лучших традициях.

Звонкая резкость нероли смягчается мягкой подачей цитрусовых, а когда стихает не очень мной любимая прямолинейность иланг-иланга, начинается розово-жасминовый фейерверк, освещающий игру в кошки-мышки амбровой пряности с дразнящей ванилью.
Легкая ирисовая припудренность звучит немного старомодно, словно извиняясь за свое появление и делая книксен в сторону гордого кедра, вносящего немного свежести в теплый клубочек нежно обнявшихся землистых пачулей и уютных бобов-тонка. Ванильно-амбровая игра не стихает на протяжении всего звучания аромата, к ней лишь присоединяется деликатный мускус, чье присутствие неуловимо, но ощутимо.

Невероятно красивый восток, прекрасно садящийся как в жару, так и в прохладные дни. В нем нет убийственного напора и страсти, только мягкость и элегантность, облаченные в столь прекрасную ароматную форму.

8 декабря 2013 г.

НАТУРАЛЬНАЯ ПАРФЮМЕРИЯ АННЫ ЗВОРЫКИНОЙ

Часть 2.


16. Winter blush
Ух ты! В награду мне послан за предыдущий! Хочется бежать за канистрой аромата.
Если говорить о хоть мало-мальском сходстве, то Мандарин-Мандарин Лютана был бы в одном ряду. Только у Сержа мандарин высушенный, корочковый, а у Анны искрящийся свежий апельсин соединен как раз с сухими цукатами, слегка припыленными коричной пылью. Удивительное дело, наблюдаю звон замороженного апельсинового сока, разбивающегося на кусочки, словно в замедленной съемке. И на пушистом снегу причудливым образом расположилась оранжево-оскольчатая мозаика. Следом тихий шепот розовых лепестков, деревяшечно-горячая ваниль начинает растапливать снежное покрывало до появления явного алкогольного аромата, в котором коричное спокойствие сочетается с выплеском бальзамичных искорок.
Покорена!

17. Виноград
Мистический, невероятный аромат, сжимающий сердце любопытством и испугом. Говорите, хмельное вино?
В старой таверне на краю деревни хозяйка-красавица с белозубой улыбкой и милыми ямочками на упругих щечках наливает волшебного зелья, мгновенно дарящего заряд бодрости. Рецепт хозяйка держит втайне, бабы в деревне лютуют, а мужики, покрякивая от удовольствия, стучат по столу в ожидании новой кружки.
Молодуха каждую ночь спускается в свой подвал, где охапками висят высушенные травы и цветы, отчетливо пахнет дурманящим жасмином, заполняющим все пространство. Розы печально подвешены за длинные ножки, и кое-где осыпались лепестки на сырой пол. Куча настоек, тинктур и масел, женщина знает назубок, что и в каком количестве добавить к виноградной выжимке, чтобы получилась фирменная настойка мягко-коньячного цвета, терпкая и незабываемая на вкус.
Древнее зеркало, тщательно оберегаемое от чужих глаз, отражает все действия хозяйки, только в зеркале виднеется не молоденькая красавица, а беззубая и криво ухмыляющаяся старуха. Она знает секрет и не выдаст его никому.

18. Дом призрак
У меня сразу ассоциации я фильмом «Корабль-призрак». Кажется, именно так пахло в каютах, когда зашли первые люди, еще не подозревая о случившейся трагедии. Мягкое покачивание на волнах, солнце, заливающее палубу корабля прозрачным светом. Один шаг в каюту – и уже не выбраться наверх. Все, что останется – воспоминания. Треснутый от сильного удара комодик из старинного черного дерева, его дверка предательски скрипит, отчего каждый раз сердце уходит в пятки. В каюте витает жесткий запах лыжной мази, и все время хочется открыть заделанный люк для проветривания. А потом кажется, что уже и не мазью пахнет, а лакированными шкатулками с огромными слонами на крышке. В одной хранились фамильные жемчуга, мягко переливающиеся при свете золоченной люстры, в другой – засушенные цветы, привезенные из самых экзотических мест. Неловкое движение – и труха высыпается на подпорченный временем красный бархатный ковер. А следом выпал запрятанный кусочек ладана, распространяющий свой аромат, печально напоминая о о том, что все проходит.
Пахнет старостью и безысходностью. Тот, кто зашел, еще не осознал, что останется здесь навсегда.

19. Жасмин и агаро

Если честно, жасмин не входит в число моих любимых цветов, чаще всего я избегаю его в ароматах. Здесь жасмин вплетен в тонкую ажурную паутинку, причем странное дело, жасминовое сердце блуждает по всему ее периметру. То жасминовый взрыв разбивает все рядом стоящие составляющие, словно шары в боулинге, то он звучит самым деликатным образом, пропуская вперед сливочную мягкость франжипани и медово-сандальную сладость. Нотки полыни смягчают жасминовый всплеск, принимая удар на себя и делая его приглушенней. А мускусная нота завершает праздничное великолепие, подразнивая темной сущностью и пытливо заглядывая тебе в глаза. Хочется самому вплестись в паутину и в этой гармонии остаться.


20. Жасминовый лес
Опять жасмин, но не раздражающий, хотя о деликатности в данном случае уже речи не идет. Жасминовые кусты весело трясутся цветочными шапками, словно китайские болванчики. Яркий свет заливает цветочный сад до боли в глазах. Лежишь в гамаке, закрыв глаза, и только щекочут нос разнотравные ароматы. То мать-земля дохнет влажно-пачулистым жаром, то улавливается маслянистая тень подсолнечника, и тут же мшисто-горький дух трубит победную песню. Аромат внутренней свободы.

21. Казак молодой
Полыхает гражданская война, редкая минута затишья. Молоденький красноармеец в огромных кожаных сапогах бредет, опустив голову по зеленому лугу, стрекот кузнечиков, распустившийся клевер и заросли полыни. Взмах шашкой – в небо взвились потревоженные ленивые шмели, горькая полынь, срубленная вместе с духмяным чабрецом, валится густыми снопами. Парнишка достает старый кисет – память об отце – набивает трубку густым табаком и закашливается, прерывая величественную тишину. А где-то с реки подымается темный дым от разведенного костра, и вот уже цельный неделимый запах кожи и табака, удивительный и совершенный. Хочется остановить мгновение, но снова в бой, и кто знает, останется ли кто живой, чтобы вновь поваляться на терпко-горьком лугу.

22. Кофе и шоколад
Как любитель первого и второго, очень ждала именно этот аромат. Если кто будет искать гурманское понимание шоко-кофе – проходите мимо. Аромат непростой. Есть густая чашка какао с шерстинкой загадочного зверя. Экзотично, однако. Деревяшечная подставочка нагревается, источая изумительный аромат копченостей. В нем можно согреться холодными злыми вечерами, втягивая в себя густую жидкость. Недорезанная долька апельсина посыпана перцем, цитрусовый бриз не позволяет разлиться упоительной сладости. А сандаловое облачко воскуривает тихими благовониями. Я немного разочарована, это немного не то, чего я ожидала. Это больше деревяшечно-специевое направление, обжигающее до царапания в горле.

23. Лотосовая заводь
Запах болот… Вернувшись из заболоченных мест, я этот запах узнаю из тысячи, как говорится. Несвежая вода, непонятно откуда взявшийся жасмин, тоже со специфичным ароматом, влажная древесина, все это не слишком изысканно благоухает. Шмяк, зеленая лягуха свалилась в болото, обдав темными каплями цветок лотоса.
Тихая заводь, где еще не ступала человеческая нога, девственно чистая и естественная. В базе пахнет чем-то горьким и смолой. Вроде бы нет ничего отталкивающего, но что-то меня в нем напрягает. Своеобразный и не мой.

24. Марокко
Невероятно сильный суховей подхватил меня и унес не в страну Оз, а на край Африки, экзотическую и удивительную страну.
Палящее солнце… Его лучи прожигают насквозь, отнимая волю и силу, но надо снова сделать шаг, и еще один, и идти дальше, превозмогая зной, жар, песок, в котором увязают сандалии и ступни полыхают огнем.
Кирпично-оранжевый цвет раздражает глаза и хочется наконец-то найти пристанище в шатре кочевников, отдохнув от зноя. Густые, насыщенные специи так приятно перебирать, словно украшения на восточном базаре, каждое хорошо само по себе, а в комплекте это что-то невероятно красивое. Ветер растрепал мешок с пряностями и они, словно перекати-поле, летят по выжженной земле, окатывая жарко-специевым огнем. Цветочная песня звучит каждый раз с новой тональностью, то громко, распугивая своей мощью, то совсем тихо, отдавая свою силу на последнем вздохе. Сандалово-ладанное ложе уже готово принять и поглотить специи, пряности и цветы.
Это лоскутное одеяло, сшитое из цветных кусочков разной формы и ткани. Укрываюсь одеялком из жара и песка, ветра и дальних странствий, а заснуть невозможно, будоражат мысли о путешествиях и неизведанных краях. Огромное спасибо за аромат!

25. Мед и деготь
Медовая кожа, пропитанная черносливовой дымкой, затуманивает сознание. Сначала делает резкий хук, а потом подкладывает под голову подушку и нежно целует в щеку, словно извиняясь за первоначальное поведение. Подкопченное дерево сгущается, набирая плотность, и стоит рядом теплым облачком, наблюдая, как тягучий сандал сплетается с темной ванилью и пышным жасмином.

26. Табачная тубероза
Не сел. Какая-то нота сверлит голову до дырки просто. Тубероза не слышна, что-то цветочно-зеленое застило мне обоняние, не пуская под покров тайны. Я и так и сяк, но нет – стена слишком толста и пробиться внутрь у меня не получилось.

27. Номер 3
Розы, розы, гигантские розы летят с небес. Я под розовым дождем, мне не комфортно, хочется убежать, но запутываюсь в розовых бутонах, увязаю и прошу помощи. А нелюбимые иланг-иланг и жасмин аккуратно, но точно вбивают меня молоточками внутрь цветочной охапки, не давая глотнуть свежего воздуха.

28. Номер 5
Здесь тоже роза правит бал, иного рода. Она деликатна и нежна, но стержнем внутри. Природную скромность подчеркивает легкий цитрусовый флер, ноты воска дарят неповторимую индивидуальность, а сильную натуру выдает такая же сильная бальзамика, смешанная с темным мускусом. Навязчивый жасмин только испортил всю картину.

29. Шелковая шаль
Аромат, срывающий покровы ночи и обнажающий природное естество. Это нега, любовное томление, время остановилось для двоих. Все звуки мира затихли, все цвета мира потеряли свой колер. Стыдливое касание кожи, мягкой, такой гладко-упругой, нежнейшие поцелуи в прикрытые веки, еле слышный горячечный шепот. Это даже не шелковая шаль, а шелковый невесомый шарфик, которым связаны запястья. Поняла, какая музыка заиграла в моей голове, как только услышала аромат – Брайан Ферри «Slave to love»! Поняла, чью нежную кожу гладили сильные руки. Так пахла сцена с М.Рурком и К.Бэсинджер.

30. Black stone
Добро пожаловать в элитный закрытый клуб, попасть в который практически невозможно, клуб, упоминания о котором вы не услышите никогда и сами никогда о нем не расскажете. Маски, маски, все прячутся за личинами.
Кожано-дегтярный старт (как я понимаю – кастореум) сразу вводит в состояние разнузданности. Здесь можно все, здесь все позволено. Обнаженные девушки изящны и стройны, хлысты, кожаное белье и хищнический взгляд сквозь маску. Мужчины в дорогих костюмах поджимают и без того узкие губы, похотливо оценивая молодость. Тяжелые бархатные портьеры скрывают за собой маленькие комнатки, пропитанные стойким запахом дорогого табака и пота, цветы в огромных вазах привносят сладковато-терпкий привкус. Кровавое утреннее зарево застает клуб пустым, пьяные от вина и исполнения тайных желаний гости разъехались, тишину нарушает лишь стук каблуков величественной дамы с царской осанкой в строгом черном платье, спускающейся по лестнице. Это хозяйка, которую никто не знает, она печально окуривает помещение ладаном, и пара слезинок скользит на мрачный бархат платья из-под ее маски.

31. L'attonchement
Аромат о любви после долгих лет дружбы. Одна на двоих парта в школе, совместные походы с палатками, рыдания на груди у друга из-за первой несчастной любви, прикладывания холодной пивной банки к разбитому глазу…
Когда все изменилось? Они помнят этот день, насыщенный аромат черного чая, небрежно раскиданные фрукты, дурачества со взбитыми сливками. Прикосновения, от которых неожиданно замерло сердце и потемнели зрачки. Начальная робость и возникшая страсть. И запах сливочно-мягкого жасмина, опутавшего влюбленных раз и навсегда.